| 15/14 Дней/Ночей | 3 Участники | 30000 Бюджет поездки |
Собственно, путешествие это началось еще несколько лет назад в моей голове. Посмотрев фильм Алексея Камерзанова, я загорелся идеей пересечь священное озеро по льду на автомобиле. С тех пор, вариант потушить этот внутренний душевный пожар был только один — собраться и пересечь Байкал по льду! Останавливало только отсутствие среди знакомых опытного проводника. А ехать самому, без практических навыков преодоления ледяной стихии уже не позволяло накопленное богатство — мои года! Поэтому предложение Саши «по-быстрому» прокатиться зимой по Байкалу имело эффект банки бензина, опрокинутой в костер.
Оказалось, что какой-то его иркутский интернет-знакомый (очень опытный Байкаловед) ведет по льду группу. И он не против, чтобы зауральский экипаж присоединился за небольшую символическую плату. Поскольку поездка намечалась сугубо мужская, взяли и «третьего»: Михаил — проверенный годами боец, бывал на Байкале дважды. Правда оба раза — летом, но он уверил, что разницы нет и, если что, сориентируется «по месту». Пепелац, всегда, как пионер, готовый к любым авантюрам, полностью упакованный томился в гараже, и сборы были недолгими…
И вот морозным мартовским утром экипаж машины боевой уже мчался на восток, оставляя позади сотни километров бесснежных зауральских полей. Снег мы увидели только перед Новосибирском.
А первая наша остановка была в Кемерово — городе Шахтеров. Здесь, как раз посередь между Мындыбашем и Юргой живут настоящие герои Кузбасса, как поет про них Олег Митяев. Про этих героев нам и поведали в музее-заповеднике «Красная горка».
Основные объекты музейного комплекса «Красная горка» расположены на берегу реки Томи. Это, прежде всего, горелая гора — место открытия каменного угля в Кузбассе в 1721 г., остатки одной из первых шахт рудника, каменная пристань, опоры подвесной канатной дороги, перевозившей уголь через реку, здание Главной конторы рудника, жилой дом управляющего, рудничный поселок со школой и баней.
Здесь для нас провели отличную экскурсию, в ходе которой рассказали о городе Кемерово, который всего восемьдесят лет назад считался деревней, а ныне является одним из крупнейших индустриальных центров России, о Кузбассе — одном из самых крупных угольных месторождений мира, о различных способах добычи каменного угля, и конечно, о людях, которые этот уголь добывают. Понравилось все: как организовано, как рассказывают, цены…
Понравился даже вид на индустриализированный город, открывающийся от мемориала «Память шахтерам Кузбасса"по проекту Эрнста Неизвестного. Здесь, на высоком берегу Томи, всецело осознаешь идею мемориала, что в каждой лампочке, которая горит, есть капля крови шахтера.
Следующей остановкой был мемориал, посвященный жертвам Сиблага, расположенный перед Мариинском. В XIX веке Мариинск стал местом сибирской ссылки декабристов и вольнодумцев. А во времена существования Сибирского исправительно-трудового лагеря (Сиблаг) через город прошло более 100 тысяч человек политзаключенных, и почти половина из них были «врагами народа». В том числе, это известные ученые, врачи, писатели, артисты, художники. На территории Мариинского района располагалась также подземная «расстрельная» тюрьма, где содержались военачальники и священнослужители. Учитывая эти трагические страницы истории, областные и городские власти совместно с Кемеровской и Новокузнецкой епархией РПЦ решили воздвигнуть часовню на дороге, по которой заключенные направлялись в лагеря.
Рядом с часовней возведен мемориал жертвам Сиблага, в состав которого вошли узкоколейка, означающая каторжный труд и тяготы; тюремный барак- как символ неустроенности быта заключенных; «Холм памяти» — как условная могила всех погибших в годы репрессий и «Расстрельная стена» с пулевыми отверстиями и силуэтами людей- как символ конца пути многих заключенных. Ближе к выходу размещена композиция из бревен с обломком рельса с текстом, призывающим посетителя ударить билом (чугунная доска с колотушкой), чтобы звук этого сигнала превратился в поминальный плач по невинно загубленным душам.
Очень удивила основная надпись на стене тюремного барака — «Мы из Кургана». Неужели большинство заключенных были нашими земляками?!
Почтив память жертвам Сиблага, мы отправились дальше, в сторону Красноярска, где ранним морозным утром заехали нарисовать, так сказать, с натуры, десятирублевую купюру. Вид православной часовни Параскевы Пятницы — одного из символов города Красноярска, знаком любому Россиянину. Она расположена на вершине Караульной горы, на месте древнего языческого капища татар-качинцев. На этом месте часто работал над своими этюдами русский живописец 
Место, на котором стоит часовня, является одной из лучших смотровых площадок Красноярска: отсюда открывается панорама центральной части города.
В дымке тумана незамерзающего Енисея Красноярск — великолепен!
В лучах утреннего солнышка мы бы еще долго любовались видами самого восточного города-миллионера России, но ровно в полдень выстрел из гаубицы М-30 напомнил, что нужно двигаться еще дальше, на восток к заветной цели нашего путешествия.
Спустившись с Караульной горы, мы пересекли Енисей, с которым Александр Шаганов срифмовал бескрайнюю Рассею. Таковой, на нашем пути до Байкала, навигатор насчитывал еще около тысячи километров.
Такой километраж, да под палящим мартовским солнышком… Жарко! — решили мы и свернули к реке искупаться. Несмотря на солнечный день, народу на пляже почти не было. Лишь пара рыбаков принимала солнечные ванны вместе с содержимым пухленькой полевой фляжки. Похоже, им тоже было не холодно.
Вообще, купаться в Енисее можно круглый год. Протяженность незамерзающей полыньи после Красноярской ГЭС в отдельные годы составляет до пятисот километров.
После купания в Енисее мы ехали заметно бодрее. Вот уже и Канск впереди (не путать с Каннами), а за ним Тайшет, где мы сворачиваем прямиком на город Братск.
Дорога здесь заметно спокойнее Иркутской трассы.
Октябрьский, Лесогорск, Чунский, Вихоревка, и вот мы уже вступаем на заснеженный лед Братского водохранилища.
Здесь красавица Ангара скована и неподвижна, — не то что с другой стороны плотины ГЭС!
Внизу она похожа на Енисей — кипит, прижимая к берегам облака тумана. Интересно, можно ли спуститься на машине к самой реке?
«Можно!» — отвечает прокуренный тракторист и показывает дорогу. Придется опять купаться.
Дорога к реке изобилует симпатичными техногенными объектами.
Ура!!! Спустя каких-то двадцать минут, мы выехали к самой воде недалеко от ГЭС.
Недаром, Ангара в переводе с Эвенкийского и Бурятского означает «разинутая пасть». Берег буквально усыпан острыми каменными зубами. Из-за острых и скользких камней наше купание в Ангаре было непродолжительным, но оно было!
И очаровательные виды красавицы Ангары остались навсегда в нашей памяти.
До свидания, Ангара! Мы под впечатлением!
Едем в сторону Усть-Кута, чтобы пересечь еще одну великую сибирскую реку — Лену.
